Часть 2: Позиции и интересы в региональном пространстве Турции и России, а также между собой. Их влияние на ЕС и США. Автор: Тимошенко Н.

Часть 1.

Вступление.

Хронология событий и промежуточный результат противостояния Турции и России (Сирии) в Идлибе в данный период. Военная составляющая:

• Первая фаза (наступление сирийской армии);
• Вторая фаза (эскалация);
• Третья фаза (незавершенная, объявлено перемирие).

Часть 2.

Позиции и интересы в региональном пространстве Турции и России, а также между собой. Их влияние на ЕС и США.

• Энергетическая составляющая.
• Миграционная составляющая.
• Экономическая составляющая между Турцией и РФ.

Вывод

Позиции и интересы в региональном пространстве Турции и России, а также между собой. Их влияние на ЕС и США.

Вернемся к словам президента Турции Эрдогана о том, что Турция не намерена обострять отношения с Россией из-за ситуации в сирийском Идлибе: «Нам не нужно вступать в конфликт или серьезное противоречие с Россией на данном этапе». По сути сказанного, Турция вполне допускает серьезное противостояние с Россией, но не сейчас, а в будущем. Выделим отдельно употребленное словосочетание «на данном этапе» и вернемся к целям каждой страны, и далее мы рассмотрим оставшиеся вопросы более подробно для понимания «почему не сейчас».

Энергетическая составляющая

У Турции есть амбиции — стать крупнейшим топливно-энергетическим хабом. Для достижения такой цели им на данном этапе необходимо поддерживать партнерские отношения с Россией для баланса отношений с коллективным Западом, у которого есть претензии к Турции.

Отношения между ЕС и Турцией значительно ухудшились после того, как Эрдоган ответил на попытку военного переворота в июле 2016 года масштабными политическими репрессиями. В последнее время дополнительную напряженность вносят односторонние действия Турции по нефтеразведке у побережья Северного Кипра. Дипломаты ЕС в своих неформальных комментариях также фактически исключают возможность визовой либерализации и увеличения общих объемов финансовой помощи.

Турецкий поток

«Турецкий поток» — Трубопровод протяжённостью около 1100 километров состоит из двух ниток общей мощностью 31,5 млрд м³ газа в год. Первая нитка предназначена для поставок газа турецким потребителям, вторая — для газоснабжения стран Южной и Юго-Восточной Европы.

Нужно отметить, что Россией изначально проектировалось четыре нитки «Турецкого потока» общей пропускной способностью около 60 мрд куб. м природного газа. Предполагалось, что страны ЕС будут получать природный газ по этой магистрали. Но Европа демонстрировала сомнения в вопросе закупок природного газа по «Турецкому потоку» и прилагала усилия, направленные на уменьшение зависимости от России: строительство Южного газового коридора и проект EastMed (ресурсы, в частности обнаруженные в Восточном Средиземноморье, играют стратегическую роль в обеспечении энергобезопасности Европы).

Запуск «Турецкого потока» состоялся 8 января 2020 года.

Идея второй ветки «Турецкого потока» кроме всего прочего состояла в том, чтобы заменить поставки российского газа в Юго-Восточную Европу через Украину поставками через Турцию. Таким образом, газ, который Турция могла бы получать по «Турецкому потоку», призван заменить поставки по «Западному коридору» – Трансбалканский газопровод через Украину, Молдавию, Румынию и Болгарию.

Сверхзадача состояла в том, чтобы с января 2020 года полностью прекратить газовый транзит через Украину, пустив российские экспортные поставки в Евросоюз по двум новым магистралям в обход нее. Для этого «Турецкий поток» и «Северный поток – 2» и сооружали одновременно: оба трубопровода должны были войти в строй до конца 2019 года, когда истекал 10-летний российско-украинский договор. Однако газопровод на Балтике сначала выбился из графика, а затем был остановлен американскими санкциями.

Стоит отметить, что усматривать в строительстве «Турецкого потока» лишь решение проблемы украинского транзита было бы большим упрощением.

В опубликованном Министерством финансов США пояснении к правилам действия американских ограничительных мер говорится, что «после подписания президентом 20 декабря 2019 года положения раздела 7503 (где перечислены санкции в отношении газопроводов «Северный поток – 2» и «Турецкий поток») военного бюджета вступают в силу немедленно, для соблюдения режима американских санкций стороны, которые умышленно продавали, сдавали в аренду или предоставляли суда, участвующие в прокладке труб на глубине 100 футов [30,4 м] и более в рамках строительства газопроводов «Северный поток – 2» и «Турецкий поток», должны сделать так, чтобы эти суда немедленно прекратили деятельность, связанную со строительством».

Заместитель госсекретаря США по политическим делам Дэвид Хейл 10 января 2020 года заявил, что Москва использует энергоисточники как политический инструмент, которым пытается разделить Европу, поэтому США выступают против второй линии газопровода «Турецкий поток».

А из двух ниток на Черном море в полном объеме в срок заработала только одна. Турецкий поток на транзит в Европу пока не работает, поставки идут только в Болгарию. Строительство транзитного коридора в Европу со стороны Турецкого потока постепенно начинает отставать от графика. Впрочем, пока на южном направлении твердое решение покупать российский газ высказала только Сербия.

Сербский премьер-министр выступил с заявлением о попытках противодействия проекту Турецкий поток: «Сейчас продолжается строительство Турецкого потока. И в одной части он идет через Болгарию. Мы сейчас ждем, чтобы газ из хранилища в Болгарии дошел до границы Болгарии с Сербией, это для нас чрезвычайно важно. Но сейчас мы чувствуем большое давление, существуют попытки остановить даже этот проект».

Болгария фактически на данный момент срывает строительство газопровода «Балканский поток» (сухопутной ветки «Турецкого потока») в направлении Сербии. Пока серьезной проблемой является отрезок по болгарской территории. Болгары его строят, но будет ли он введен в действие и каковы будут условия его эксплуатации, сказать крайне сложно.

В «Булгартрансгазе» разводят руками и говорят, что подрядчик, саудовский консорциум «Аркад» подготовил к укладке в траншеи лишь треть газопровода — 103 км. Поэтому он может не успеть проложить еще 200 км до сербской границы к 1 июня 2020 года.

Завершение строительства было отложено на полгода из-за серии судебных разбирательств.  А первоначально «Болгарский поток» должны были запустить 1 января 2020 года. При этом Сербия уже полностью выполнила свой объем работ и готова принимать российский газ.

Говорят, что компания IDC (Infrastructure Development and Construction Ltd) теперь станет субподрядчиком на болгарском участке «Турецкого потока».  IDC зарегистрирована в Белграде и через цепочку ООО и АО ее конечным собственником является «Газпром». Ранее компания была генподрядчиком сербского участка «Турецкого потока» протяженностью 403 км и все работы выполнила в срок.

Россия заинтересована сохранить партнерские отношения (или хотя бы их видимость) с Турцией в надежде, что это позволит ей и далее реализовывать проект поставок газа в южную Европу.

Южный газовый коридор

Южный газовый коридор – гигантский инфраструктурный проект стоимостью 38 миллиардов долларов, состоящий из четырех проектов. Три из них – «Шахдениз» и Южно-Кавказский трубопровод сданы в эксплуатацию ранее, а 30 ноября 2019 года полностью введен в строй TANAP. Реализация четвертого проекта – ТАР уже превысила 90 процентов.

Основная цель проекта — повышение безопасности поставок газа в Европу, сокращение доли России, как поставщика газа на газовом рынке Европы.

*Газопроводы проекта Южный газовый коридор:

зелёным показан Южнокавказский газопровод,

красным — Трансанатолийский газопровод (TANAP),

синим — Трансадриатический газопровод (TAP)

Церемония открытия Трансанатолийского газопровода (TANAP) состоялась 30 ноября 2019 года. Его пропускная способность составляет 16 млрд куб. м, из которых 10 млрд будет направляться в Европу, а 6 млрд – в западные регионы Турции. В перспективе мощность трубы будет доведена до 31 млрд куб. м. Потенциально рассматриваются к подключению к данному проекту в том числе и такие страны, как Ирак, Иран и Туркмения.

По поводу Ирана, который также может подключится в будущем к данному проекту, стоит отметит отдельно. Это одна из причин, почему России не выгодно решение иранского вопроса путем прямых переговоров между США и Ираном, в результате которых эти страны могут найти компромисс в новой сделке (взамен СВПД) и санкционный режим против Ирана может быт снят. Тогда Иран сможет подключится к проекту TANAP своими мощностями.

Баланс интересов Турции между интересами России и ЕС. TANAP может оказаться вовсе не единственным ударом по экспортным проектам России. Настоящие проблемы для «Газпрома» «Южный газовый коридор» создаст, если к проекту наконец подключится Туркменистан. «Проект TANAP имеет решающее значение для удовлетворения растущих потребностей Турции в газе. В то же время поставки газа с азербайджанского месторождения «Шах‑Дениз» на европейский рынок внесут определенный вклад в дело энергетической безопасности Европы», – заявлял ранее президент Турции Эрдоган. Он делал важное уточнение: «Мы прилагаем большие усилия, чтобы туркменский газ также стал частью этого проекта».

На церемонии открытия Трансанатолийского газопровода (TANAP) разразился скандал. Делегация Греции покинула церемонию, сочтя, что выступление президента Турции Реджепа Тайипа Эрдогана носит провокационный характер. Эрдоган, выступая на церемонии в Эдирне 30 ноября 2019 года, заявил, что Анкара не прекратит разведку и бурение на шельфе Кипра и в исключительной экономической зоне республики.

Так одним проектом (ЮГК) с возможностью подключения к нему Туркменистана с его огромными запасами газа, Турция практически шантажирует Европу в другом проекте – EastMed – который может быть построен в обход Турции, с чем она категорически не согласна.

Спорный шельф Кипра

Греция вместе с Кипром и Израилем составляет «газовый треугольник» государств, которые ведут совместную разработку месторождений в Восточном Средиземноморье. Споры между Анкарой и Никосией касаются прежде всего месторождения «Афродита», которое было открыто у берегов острова консорциумом во главе с Noble Energy в 2011 году. Объявивший участок частью своей исключительной экономической зоны Кипр уже выдал лицензии на разработку нескольким иностранным компаниям.

Экспорт газа с «Афродиты» (объем 140 млрд куб. м), уже согласован с европейскими заинтересованными странами. Газ, по задумке, должен был идти через средиземноморский подводный магистральный газопровод EastMed (Eastern Mediterranean Pipeline Projeсt) в обход Турции. В этом проекте заинтересованы и американцы, и европейцы.

Турция так же хочет быть участником этого проекта – нужно помнить об амбициях Турции стать крупнейшим топливно-энергетическим хабом и по сути диктовать в этом случае для ЕС во многом свои условия. Второй аспект для торга — Кипр разделен на две части, одна из которых входит в Евросоюз, а вторая, Турецкая Республика Северного Кипра, занимающая около трети территории, признана только Анкарой.

Как только Анкаре стали известны подробности проекта EastMed, делегация Северного Кипра в полном составе покинула переговоры, и нет никаких признаков того, что в обозримом будущем эти переговоры могут быть возобновлены.

Следующий шаг в противостоянии был сделан практически сразу: Турция заявила, что Кипр не имеет права разрабатывать месторождение «Афродита» без учета интересов Северного Кипра, поскольку находится в спорной зоне, частично расположена на шельфе этого государства. Турецкие военные корабли стали оттеснять от месторождения любые суда, пытавшиеся вести там буровые работы. Пиком этого этапа противостояния стал таран одним из кораблей ВМФ Турции военного судна Греции, которая со своей стороны пыталась помочь Кипру бороться с претензиями Турции.

15 июля 2019 года в Брюсселе главы МИД стран Евросоюза одобрили ограничения против Турции в связи с разведкой и буровыми работами в Восточном Средиземноморье. Турецкая же сторона подчеркнула, что «при разработке кипрских месторождений турко-киприоты и греко-киприоты должны работать вместе. Турецкая сторона готова к этому. Но этого пока не происходит, а Евросоюз защищает интересы греческой стороны, так как Греция является членом ЕС».

Здесь стоит помнить, что Турция 30 с лишним лет находится в позиции «просителя о вступлении в ЕС». В итоге, Турция и Греция, две страны, входящие в состав НАТО время от времени выходят на грань открытого вооруженного противостояния друг с другом.

Вопрос освоения шельфа в Восточном Средиземноморье относится в большей степени к политике, нежели экономике.

Правительство в Анкаре пытается также изменить фактическое положение дел и с помощью сомнительного морского соглашения с Ливией. Отсюда и активное участие Турции в том числе и в урегулировании ливийского конфликта. Попутно Турция создает баланс и в сирийском вопросе – противостояние в Идлибе теперь также привязывается к противостоянию в Ливии, что нарушает планы Москвы, участвующей в этих обоих конфликтах на противоположной стороне.

Президент Турции Тайип Эрдоган и глава правительства национального согласия Ливии Файез Саррадж, в 28 ноября 2019 года подписали меморандум по морским зонам и меморандум о военном сотрудничестве. Также Турция опубликовала карту морских зон «с учетом турецко-ливийского меморандума», которая не принимает во внимание морские зоны островов. В Греции называют меморандумы незаконными и утверждают, что они не имеют какой-либо силы, нарушая суверенные права Греции. Афины добиваются от международного сообщества признания их ничтожными.

Посол США в Афинах Джеффри Пайетт поддержал Грецию в споре с Турцией, заявив журналистам, что населенные острова имеют морские зоны и континентальный шельф. В беседе с журналистами Пайетт подчеркнул также важность для Соединенных Штатов Соглашения о сотрудничестве в области взаимной обороны (MDCA) между Грецией и США, а также военно-морской базы Суда на Крите.

США пересмотрели свою восточносредиземноморскую стратегию. Сенаторы разработали соответствующий законопроект под названием «Закон о безопасности и партнерстве в Восточном Средиземноморье». В билль были внесены изменения, которые имеют прямое отношение к России. Так, от американской администрации законопроект требует ежегодного отчета о том, что «власти Кипра приняли и продолжают принимать все требующиеся меры для прекращения практики предоставления российским военным судам возможности использовать кипрские порты для заправки и обслуживания».

Есть мнение, что такая угроза возможного военного противостояния (с учетом большой заинтересованности в реализации проекта в том числе и Израиля) привела Анкару к решению покупки у России С-400 для усиления своей военной составляющей (номинальное превосходство) в спорных вопросах в регионе.

Договор на поставку четырех дивизионов российских ЗРК был заключен между Москвой и Анкарой в декабре 2017 года. Стоимость контракта составляет $2,5 млрд, 55% из которых покроет российский кредит на поставку в Турцию С-400, рассказывал глава корпорации «Ростех» Сергей Чемезов.

Места дислокации российских С-400 в Турции показывают, что Анкара намерена закрыть ими не только границу с Сирией, но и контролировать небо над Кипром. А это нужно Анкаре, чтобы вести разработку газа на шельфе острова или во всяком случае не дать другим заинтересованным игрокам начать там самостоятельную разработку. Т.е. Турция фактически блокирует любой не выгодный для нее процесс. Ситуация может привести к выяснениям отношений между Турцией с Грецией и в целом с ЕС, а значит, к конфликту внутри НАТО.

Свое противостояние с греками Эрдоган хочет использовать и как козырь в переговорах с США. Часть экспертов считает, что «Трамп игнорирует Эрдогана, и ситуация с Кипром – это возможность для Турции навязать США переговорный процесс. Угроза военных действий между союзниками по НАТО, в данном случае Греции и Турции, должны вынудить Трампа занять ту или иную позицию, чтобы консолидировать альянс. А это может усилить позиции Анкары».

Что касается отношений с США, то Эрдоган заявлял, что Анкара может закрыть авиабазу Инджирлик для Соединенных Штатов, если Вашингтон все же введет санкции против турецкой стороны из-за покупки российских систем ПВО С-400. «Решение о закрытии для США базы Инджирлик принадлежит нам. Если это будет нужно сделать, то мы закроем и Инджирлик, и Куреджик», — сказал он в эфире телеканала A Haber. На второй базе — Куреджик — развернуты элементы европейской системы противоракетной обороны. Базу Инджирлик американские военные использовали в ходе военных операций на Ближнем Востоке.

Но в противовес таким заявлениям турецкой стороны прозвучали заявления греческой: «Греция может разместить у себя американские военные базы, если они будут вынуждены уйти из Турции, в частности из Инджирлика. Мы страна-член НАТО, и как следствие нужды НАТО всегда могут обслуживаться Грецией в рамках греческой Конституции и закона. Что касается двусторонних отношений с Америкой, мы подписали оборонное соглашение. Если США в будущем захотят большего расширения оборонных возможностей в Греции, греческое правительство в положительном духе это обсудит», — сообщил дипломатический источник в конце декабря прошлого года.

После такой патетики между Турцией и Грецией, вопрос по закрытию американских баз в Турции больше активно не поднимался в Анкаре, во всяком случае в публичной плоскости.

В тоже время США, столкнув интересы Турции и России «на земле» в Сирии, пытаются использовать ситуацию обострения в Идлибе для попыток «разрулить» и вопрос по С-400.

Так, 28.02.20 постпред США при НАТО Кэй Бейли Хатчинсон заявила, что «США надеются, что Турция откажется от российских систем С-400 в связи с развитием ситуации в Сирии. США пытались объяснить Турции, что страна не должна приобретать эти системы. И я надеюсь, что президент (Турции Тайип) Эрдоган увидит, что мы являемся их союзником в прошлом и в будущем, и они должны отказаться от С-400». По ее словам, ситуация, складывающаяся сейчас в Сирии, должна перевесить все другое, что происходит между Турцией и Россией.

Эрдоган попытался продемонстрировать рамки компромисса и установления выгодного для себя баланса в вопросе с С-400 (10.03.20) заявлениям о том, что позиция США по закупке Турцией зенитных ракетных комплексов (ЗРК) российского производства С-400 якобы смягчилась. Эрдоган заявил, что «они (США) уже пришли к той точке, что сказали: «Дайте нам слово, что С-400 не будут введены в эксплуатацию».

Но ответ Штатов на такое компромиссное предложение турецкого лидера прозвучал достаточно категорично.  Посол США в Турции Дэвид Саттерфилд заявил (10.03.20) о том, что «США дали ясно понять по всем доступным нам каналам … предупреждая, что приобретение наиболее продвинутых российских систем ПВО несовместимо с турецкими обязательствами как участника консорциума по производству (самолета) F-35, несовместимо с обязательствами Турции перед НАТО и спровоцирует серьезные последствия по закону о санкциях CAATSA. Должно быть разрешение вопроса С-400, чтобы другие вопросы, которые он вызвал, могли быть решены».

США продолжают соблюдать баланс своих интересов: «Если не будет найдено решение вопроса с С-400, и даже при наличии поддержки роли Турции в Идлибе и Ливии, где она противодействует шагам России, то, скорее всего, в не столь отдаленном будущем последуют законодательные меры, которые будут включать применение в обязательном порядке CAATSA (закон «О противодействии противникам Америки посредством санкций», который ввел новые ограничительные меры в отношении России, Ирана и КНДР)».

В качестве компромисса Штаты предлагают заменить российские С-400 на Patriot: «Соединенные Штаты будут готовы продать Турции американские зенитные ракетные комплексы Patriot лишь в том случае, если она вернет России, приобретенные у нее ранее системы С-400. Турция не получит батарею Patriot, если не вернет С-400».

2 января 2020 года Греция, Израиль и Кипр заключили в Афинах межгосударственное соглашение по сооружению EastMed. Еще раз напомним, что этот газопровод должен будет поставлять добытые на «Левиафане» и «Афродите» энергоносители в континентальную часть Греции и пройти транзитом через острова Кипр и Крит. Конечной целью проекта является поставка газа в Италию, власти которой собираются в будущем присоединиться к этому соглашению. Процедура заключения соглашения будет завершена, когда его подпишет Италия, но эта дата пока не определена.

Ожидается, что строительство этого трубопровода длиной 2000 км займет около семи лет и будет стоить примерно $7 млрд. Проектная мощность составляет 10 млрд кубометров газа ежегодно.

В свою очередь лидер турок-киприотов Мустафа Акынджи заявил, что что ни турки-киприоты, ни Турция не могут быть исключены из процесса формирования энергетического баланса в Восточном Средиземноморье. По его словам, именно совместная эксплуатация энергетических ресурсов в этом регионе поможет в конце концов урегулировать кипрскую проблему.

Шантаж Турции уперся в позицию США, суть которой в том, что С-400 должны быть возвращены России. Переговоры продолжаются.

По всей видимости Эрдоган рассчитывает, что наличие С-400 у Турции с возможностью «закрытия» неба над Кипром приведет к компромиссному и выгодному решению в одном из нескольких спорных вопросах между Турцией и США, среди которых в том числе проект EastMed (возможность включения в него Турции через международное признание Турецкой Республики Северного Кипра как один из вариантов разрешения спорного вопроса), а также, возможно, разрешение вопроса с сирийскими курдами.

Баланс интересов Турции между интересами России и ЕС. Проект EastMed создает прямой конфликт интересов с российско-турецким проектом «Турецкий поток», который также рассчитан на Европу. EastMed стал бы частью Южного газового коридора в обход России. Газпром контролирует около 40% газового рынка Европы. А этот проект может «откусить» 10% объема поставок Газпрома в Европу.

Всего на шельфе Восточного Средиземноморья открыто четыре крупных газовых месторождения: кипрское Aphrodite с запасами 127 млрд кубометров газа, израильские Leviathan и Tamar (620 млрд и 200 млрд кубометров газа соответственно), а также египетское Zohr (850 млрд кубометров).

У российских компаний был ряд неудачных попыток получить долю в нефтегазовых активах в этом регионе, в частности в Ливане и на Кипре. В конце 2012 года НОВАТЭК и Газпромбанк совместно с Total участвовали в тендере на разработку блока 9 на Кипре, который непосредственно прилегает к ливанскому шельфу. Но тогда российско-французский консорциум проиграл тендер альянсу итальянской Eni и корейской Kogas и вышел из переговоров.

В данном регионе активы имеет «Роснефть» (30% в месторождении Zohr в Египте) и НОВАТЭК (20% в двух блоках на шельфе Ливана). Значительная часть шельфа Восточного Средиземноморья является объектом территориальных споров, в частности, между Кипром, Грецией и Турцией, где конфликт сейчас обострился.

Еще в июле прошлого года (26.07.19) министр энергетики Александр Новак сделал заявление о том, что Россия «считает возможным сотрудничество российских нефтяных компаний и Турции на шельфе Восточного Средиземноморья», тем самым косвенно поддержав действия Турции. Эксперты же сомневаются в реальности перспектив сотрудничества между компаниями РФ и Турции, считая заявление министра политическим.

23.01.20 министр иностранных дел Турции Мевлют Чавушоглу заявил о том, что «Турция заинтересована в сотрудничестве с РФ по разработке газовых месторождений у побережья Кипра. Это также то, что обсуждали, президенты Эрдоган и Путин, и в будущем, я думаю, здесь есть место и для сотрудничества между Турцией и Россией».

Подобного рода заявления делаются для повышения ставок Турции в торгах с коллективным Западом (ЕС и США), и носят провокационный характер противопоставления отношений Турции и России наперевес отношениям Турции с ЕС и США в спорных вопросах.

Эта же тактика Турцией также демонстрируется, например, в вопросе с сирийскими курдами и нефтяными месторождениями, находящимися на их территории.

Нефть курдов

Как мы уже писали ранее здесь:  https://geo-analytics.com.ua/blizhnij-vostok/sobytiya-na-severe-sirii-vtorzhenie-turcii-scenarii-processy-realizacii-rezultaty-2/

Ключевые требования сторон можно обозначить несколькими тезисами по каждой:

• Власть Сирии (Б.Асад и его союзники РФ и Иран) – стремится сохранить унитарное устройство государства, не допускающий предоставление автономных прав оппозиционным силам, стремится вернуть под свой контроль все территории в Сирии.
• Турция – требовала от союзников признания сирийских курдов международными террористами и создания буферной зоны безопасности на границе между Сирий и Турцией, подконтрольную Турции и США, не признавая власти Б.Асада.
• США – будучи союзником сирийских курдов стремились к признанию их автономии, что позволило бы им сохранит свое влияние над территорией, а также контроль над зоной нефтяных месторождений в этой части Сирии. В связи с этим они требовали ускорения работы по созданию и началу работы конституционного комитета для написания новой конституции и проведению по ней новых выборов в Сирии. Присутствие сирийских курдов в котором заблокировала Турция.
• Оппозиционные силы к Б.Асаду (в т.ч. и сирийские курды) – стремятся к децентрализации власти и получения автономий в составе Сирии.

В итоге, США своими маневрами с передислокацией своих сил на нефтяные месторождения курдов, связанные с созданием буферной зоны Турцией в Сирии вдоль границы, поднялись над ситуацией в роль арбитра, а не участника, оставив разбираться «на земле» между собой Россию, Сирию, Иран и Турцию с возможностью наказывать все стороны, противоречия между которыми только усиливаются – фактически столкнув «один на один» Турцию и Россию в Идлибе и взяв под защиту территории курдов.

Состоялись переговоры между Турцией и Россией на высшем уровне, в результате которых РФ и Турция 22 октября подписали меморандум о взаимопонимании из 10 пунктов, в частности, о вводе на сирийскую сторону границы с Турцией за пределами зоны турецкой операции «Источник мира» подразделений российской военной полиции и сирийской пограничной службы.

Также было объявлено, что с 23.10.19 Турецкая операция «Источник мира» в Сирии — приостановлена, но подчеркнуто, что операция не окончена, армия готова дать отпор курдам «в случае необходимости» и Турция не собирается уходить из Сирии до завершения операции. Российская сторона подтвердила, что «временных рамок нахождения турецких военных в зоне проведения операции «Источник мира» на территории Сирии нет.  Меморандум временных параметров на этот счет не устанавливает».

Сейчас американцы хотя и высказывают свою поддержку Турции в противостоянии с сирийской армией и Россией в Идлибе, но, во-первых, на прямую вмешиваться не будут, а во-вторых, США «торгуются» и с Турцией, и с Россией в том числе и за решение курдского вопроса, который не потерял своей актуальности — автономия курдов, против которой выступает Турция и Сирия.

Решить этот вопрос в состоянии Россия, имеющая влияние и на Турцию, и на Сирию, и контакты с курдами, но Россия выставила условием продолжения переговоров с курдами уход американцев с нефтяных полей Заефратья и передачи территории под власть Сирии, что в данным момент для США — неприемлемо.

Так, министр внутренней торговли Сирии Атеф Надаф 29.02.20 указывал, что США через Турцию продают нефть с сирийских месторождений в другие страны. «В других районах Сирии, где есть нефть, полностью разрушена инфраструктура, разрушены железные дороги и разрушены все электростанции. У нас нет электричества, а если нет электричества, то нет и местного производства», — констатировал он. Также Надаф отметил, что Сирия вынуждена импортировать нефть, которую можно купить только за доллары. При этом он напомнил, что сирийские банки, включая центробанк, находятся под санкциями, а любые денежные переводы в Сирию из-за рубежа запрещены.

Сирия находится под санкциями, в том числе и поставки нефти в эту страну. Контролируя нефтяные месторождения, американцы добиваются прямых переговоров курдов с сирийской властью об автономии сирийского Курдистана по примеру автономии иракского Курдистана, где нефть с этой территории продается непосредственно Ираку.

Нужно отметить, что 04.03.20 прозвучало достаточно неожиданное заявление Б.Асада о том, что «в Сирии говорят о турках как о братском народе». Башар Асад: «Разногласия, которые имеют сейчас Сирия и Турция, не имеют логики, так как эти две страны исторически связаны между собой. У Сирии и Турции есть жизненные общие интересы. В Турции много этнических сирийцев, а в Сирии много этнических турков. Это взаимное проникновение культур обусловлено исторически. Поэтому нелогично, чтобы между ними и нами были серьезные разногласия».

В заявлениях о нефти (10.03.20) Эрдоган попытался продемонстрировать рамки компромисса и установления выгодного для себя баланса: соблюдения интересов Турции между интересами России и США (и ЕС). Та же тактика — противопоставления отношений Турции и России наперевес отношениям Турции с США (и ЕС) в спорных вопросах.

Президент Турции Тайип Эрдоган предложил российскому президенту Владимиру Путину объединить усилия и разработать нефтяные месторождения в Сирии для восстановления арабской республики. Об этом 10.03.20 турецкий лидер заявил журналистам в самолете, возвращаясь после визита в Брюссель.

Эрдоган: «Камышлы – место, где есть нефть. Есть еще месторождения в Дейр-эз-Зоре, которые эксплуатируют «террористы» (запрещенные в Турции Рабочая партия Курдистана и силы самообороны сирийских курдов). Я Путину сказал: «Давайте мы объединим усилия, и с помощью этой нефти, если вы финансово поддержите, мы сможем поставить на ноги разрушенную Сирию. Путин ответил: «Возможно». Он добавил, что такое же предложение Анкара может сделать и Вашингтону.

Вопрос конечно достаточно спорный кто кому это предложил – Турция России или Россия Турции, учитывая заявление накануне переговоров между Эрдоганом и Путиным сирийского президента «о братских народах», еще недавно называющего турок – оккупантами, с которыми не о чем разговаривать.

Но как бы оно ни было, Эрдоган воспользовался ситуацией и намекнул, что может помешать планам США: якобы Турция может договориться с Россией и позволить ей разработку нефти в пользу Сирии, экономическая ситуация которой находится в критическом состоянии из-за нехватки нефтепродуктов. Тем самым это нарушит выстраиваемый сценарий Америки, при котором сирийские власти будут вынуждены рано или поздно выйти на прямые переговоры с курдами по той же причине.

А россиянам намекнул, что такое предложение – возможность беспрепятственно разрабатывать нефтяные месторождения, близкие к оппозиционным территориям, что подразумевает под собой устойчивое перемирие в Идлибе с гарантиями от России в том, что наступления со стороны сирийской армии (при поддержке России) на подконтрольные Турции территории не будет, – имеет «сроки», потому что Турция может договорится и с США.

Как видно из вышеизложенного, Турция пытается использовать «дружбу» с Россией в переговорах с различными сторонами коллективного Запада, как противовес или баланс для достижения собственных целей в регионе.

Так, в результате реализации Турецкого потока и Трансанатолийского газопровода (TANAP), а также блокирования проекта EastMed и вступления Турции в Ливийский конфликт, растет влияние Турции в первую очередь на ЕС. Анкара к тому же шантажирует ЕС несколькими миллионами сирийских беженцев, уже несколько лет находящихся в лагерях, обустроенных на территории Турции.

Напомним, что в январе появилась информация о том, что ЕС на три четверти сократил финансовую помощь Турции. В то же время, по данным верховного представителя ЕС по иностранным делам и политике безопасности Жозепа Борреля, выплаты Турции, предусмотренные в соглашении по беженцам, не были сокращены.

Миграционная составляющая

В конце января 2020 года глава МИД Турции в очередной раз обвинил Евросоюз в нарушении соглашений по беженцам и заявил, что Турция вправе открыть границы для беженцев, поскольку Евросоюз не выполняет свои обязательства по отношению к Анкаре.

Турция недовольна общей суммой финансовой помощи, которую обещал ЕС, и темпами ее предоставления (из €6 млрд выделенных денег выплачены пока только €3 млрд). Анкара также требует выполнения других условий сделки 2016 года. Кроме недополученных денег глава турецкого МИД обвинил ЕС в других нарушениях договоренностей — в частности, не произошло смягчения визовых ограничений для турок при въезде в Шенгенскую зону, Турцию не приняли в таможенный союз, а также приостановились переговоры о вступлении Турции в ЕС.

Буферные зоны и миграционный кризис, как шантаж ЕС

По беженцам у Турции есть свой план, который она активно продвигает некоторое время – это создание буферных зон на территории Сирии для переселения туда беженцев с территории Турции: созданию 30-километровой зоны безопасности вдоль всей сирийской границы.

Фактически, так как беженцы в большинстве своем — из оппозиционного к Б.Асаду лагеря, создание таких зон подразумевает и их охрану от сегодняшней сирийской власти. А это повод для оправдания фактически «мягкой оккупации» части территории Сирии (со стороны Турции) – т.е. нарушение международных норм и законов. Турция настаивает, чтобы создание данных буферных зон поддержало международное сообщество в лице либо антиигиловской коалиции во главе США, либо в лице НАТО. Это ей нужно для подтверждения легитимности своего нахождения и действий на территории Сирии. Международное сообщество обсуждает данный вопрос, но согласия на поддержку не дает.

Так, например, 28 января президент Турции Тайип Эрдоган заявил, что турецкие власти сооружают лагерь для размещения беженцев из сирийского Идлиба. И уже 11 марта в СМИ появились сообщения и фотографии (за подлинность которых мы не можем ручаться), что на севере Идлиба на глубине 25-30 км вдоль своих границ Турция начала застраивать территорию «брикетными домиками». Так же нужно понимать, что от турецких границ до административного центра провинции Идлиб с разных точек вдоль всей турецкой провинции Хатай (юг и юго-восток) расстояние составляет 25-32 км.

В сообщении говорится, что «уже построено около 2 тыс. времянок, планируется построить до 30 тыс.».

На данный момент Турция находится на территории Сирии как один из гарантов в «астанинском формате» идибской зоны деэскалации, которая в следствии последних событий начала резко сокращаться под натиском сирийской армии при поддержке России. Если Сирии при поддержке России удастся физически (в результате силовых военных действий) вытеснить Турцию из провинции Идлиб, Турция не только потеряет легитимный повод нахождения в Сирии, но это также повлечет реально огромный поток беженцев, находящихся в оппозиции к власти Б.Асаду.

Это не выгодно в первую очередь странам ЕС. Нужно различать искусственно спровоцированный поток беженцев, который используется Турцией для шантажа Европы и возможный реальный поток беженцев, который может случится в результате силового захвата провинции Идлиб сирийской армией с помощью РФ.

Чтобы оказать давление сразу в нескольких вопросах, в решении которых в свою пользу заинтересована Турция (вопрос финансирования и отношений с ЕС, вопрос противостояния с Грецией и Кипром на шельфе Средиземноморья, вопрос помощи в противостоянии в идлибской зоне и т.д.), Анкара сначала угрожала, а потом открыла границы для прохода беженцев в страны ЕС, в первую очередь через Грецию, как основного своего соперника.  Но Анкара сделала это не официально, потому что Евросоюз не получал извещений от Турции об изменении ее миграционной политики. Это такое приглашение к переговорам с ее стороны.

В Европе, в первую очередь в Германии, такие сигналы были услышаны и трансформированы в посылы в первую очередь по Идлибской проблеме — немецкие политики призвали усилить давление на Россию из-за Сирии. А министр обороны Германии Аннегрет Крамп-Карренбауэр высказалась, что Евросоюзу следует рассмотреть вопрос о введении новых санкций в отношении России в связи с эскалацией в сирийской провинции Идлиб.

Позицию же США можно описать как позицию судьи над игроками «на земле». Они дают возможность игрокам «на земле» Турции и России разобраться самим, не раскрывая того, что могут предпринять сами американцы в случае, если эти «разборки» не приведут к результату (деэскалации), но напоминают, что поддерживают сторону Турции.

Министр обороны США Марк Эспер не стал уточнять, какую позицию США занимают по вопросу о беженцах из Сирии, уже находящихся в Турции либо стремящихся попасть туда или через ее территорию в страны ЕС. «Это решение примет Турция. Я в разговоре с министром обороны (Хулуси Акаром) на прошлой неделе заверил его в нашей поддержке Турции как союзника по НАТО, а также указал на простой факт, заключающийся в том, что россияне не всегда являются хорошими партнерами», — сказал Эспер.

Российская же сторона косвенно, в лице Жириновского, поддержала такие действия Турции по пропуску беженцев в ЕС. Поток беженцев в ЕС выгоден как Турции, так и России (каждой в своих интересах по-отдельности). Лидер ЛДПР Владимир Жириновский сообщил, что направил телеграмму президенту Турции Тайипу Эрдогану со словами поддержки политики турецкого руководства в отношении беженцев: «Мы давно предлагали Эрдогану — наша идея — пропустить беженцев в Европу… Это будет лучше… Мы направили телеграмму Эрдогану через посла Турции в Москве, что мы поддерживаем такие действия турецкого руководства», — заявил Жириновский журналистам.

Во-первых, Россия категорически против создания буферных зон для беженцев, которые она не сможет контролировать. Во-вторых, Россия шантажирует ЕС как раз все теми же беженцами на территории Европы, чтобы их оттуда высылали (вплоть до принудительной депортации) обратно в Сирию на территорию, подконтрольную Б.Асаду. Контролируемые беженцы в Сирии нужны для России и для будущих выборов для достижения нужного ей результата (сохранения власти Б.Асада) и для того, чтобы потребовать снять санкции с Сирии.

Руководство же ЕС в целом поддерживает решительные действия Греции по недопущению потока беженцев на свою территорию. Вместе с тем в Брюсселе предпринимают попытки сохранить соглашение с Турцией 2016 года, по которому Анкара обязалась препятствовать миграции в Европу в обмен на выделение €6 млрд для помощи для 3,7 млн сирийцев, бежавших в Турцию в ходе гражданской войны.

9 марта вечером глава Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен и председатель Европейского Совета Шарль Мишель приняли в Брюсселе Реджепа Эрдогана для обсуждения ситуации. Судя по всему, разговор был напряженным. Эрдоган уехал из Брюсселя, не посетив запланированную совместную пресс-конференцию. В Брюсселе стороны договорились поручить главе европейской дипломатии Боррелю и министру иностранных дел Турции Чавушоглу совместно проанализировать расхождения по соглашению и представить предложения по их преодолению – желательно к саммиту ЕС.

Уже после визита Эрдогана в Брюссель, 10.03.20, спецпредставитель США по Сирии Джеймс Джеффри заявил, что «США и их союзники могут ввести санкции против РФ в случае срыва перемирия в сирийской провинции Идлиб. Если они (САР и РФ) проигнорируют наши предупреждения, наши действия и будут двигаться вперед (нарушать перемирие), мы ответим настолько быстро, насколько это возможно в консультациях с нашими европейскими союзниками на предмет того, какой может быть пакет санкций, другие действия».

11 марта Турция напомнила, что ждет решения своих вопросов и миграционный кризис будет продолжаться. Главным образом миграционный кризис угрожает соседям Турции – Греции и Болгарии. Турецкий лидер Тайип Эрдоган завил, что «Турция израсходовала на прием сирийских беженцев 40 миллиардов долларов, в то время как страны ЕС предоставили Анкаре на эти цели только 3 миллиарда евро. ЕС не выполнил свои обязательства перед Турцией по миграционной сделке, заключенной в марте 2016 года и Турция не закроет свои границы с ЕС для беженцев, пока обещания не будут выполнены. На саммите лидеров ЕС 26 марта мы снова передадим свои ожидания».

11 марта генеральный директор Всемирной организации здравоохранения Тедрос Адханом Гебрейесус признал распространение COVID-19 пандемией. Начались масштабные меры в государствах, связанные с распространением эпидемии – закрываются транспортные сообщения межу странами, границы; многие международные институты перешли в режим работы онлайн и скайп-конференций.

В связи с объявленной пандемией запланированная на 17 марта встреча Эрдогана, Меркель, Макрона и Джонсона (так называемый «Стамбульский формат»), прошла в режиме совместной видеоконференции. Основными вопросами видеоконференции стали тема сирийского Идлиба, беженцев и отношений между Турцией и Европой.

Канцлер Германии Ангела Меркель назвала полезными переговоры в режиме видеоконференции. По ее словам, речь шла о гуманитарной ситуации в Идлибе и возможностях помочь находящимся там людям. С ее слов, европейские страны привержены сохранению соглашения с Турцией по беженцам и не исключают предоставления Анкаре большей финансовой помощи. По мнению канцлера, нельзя также «терять из виду» возможность переговоров с Анкарой по вопросу таможенного союза ЕС с Турцией.

Из сообщений понятно, что решения по вопросам будут рассматриваться и приниматься на саммите ЕС, который ранее был назначен на 26 марта и видимо тоже будет проходить в режиме видеоконференций.

Так, используя обострение в Идлибе, вызванное наступлением сирийской армии при поддержке России, и тему возможного миграционного кризиса в ЕС Турция пытается разрешить свои противоречия со странами Европы.

Тут нужно отметить, что с 13 марта основное информационное поле в Турции занимает данные о случаях заражения и борьбе с коронавирусом, впрочем, как и в любой другой стране. Пандемия вносит свои коррективы и в развитие политических процессов.

Глава МВД Сулейман Сойлу, после того, как Турция объявила, что открыла двери в Европу (28 февраля), каждый день передавал информацию о точном количестве мигрантов, которые пересекли границу Греции. Последняя цифра, которую называл турецкий министр была 142 тыс. беженцев. С 13 марта данных больше нет.

Как мы говорили выше, Турция пытается использовать «дружбу» с Россией в переговорах с различными сторонами коллективного Запада, как противовес или баланс для достижения собственных целей в регионе. Также Турция заинтересована сохранить партнерские отношения с Россией и из-за экономических интересов.

Экономическая составляющая

Турция входит в число основных внешнеэкономических партнеров России. Заинтересованность Турции можно рассматривать по таким основным пунктам:

• Товарооборот (продажа продукции, овощей и фруктов из Турции, покупка Турцией газа и т.д.)
• Туризм
• Турецкие строительные компании в России
• Строительство АЭС Аккую
• Продажа С-400
• Турецкий поток

По итогам 2019 года объем внешней торговли России и Турции составил 26,034 миллиарда долларов (в 2018 году – 25,544 миллиарда долларов), в том числе российского экспорта – 21,063 миллиарда долларов и импорта – 4,971 миллиарда долларов.

Поток туристов — в прошлом году побил все рекорды — достиг 6 млн туристов из России. Турция пока еще не вышла на уровень, когда она может заполнить пустоту от российских граждан туристами из других стран. Прямая угроза доходам туристического и околотуристического секторов, убыток которых в 2016 году – согласной главной оппозиционной партии — составил $10-15 млрд долларов.

Турецкие строительные компании в России заработали в 2018 году около 4 млрд долларов, и эта цифра в двое больше, чем в 2017 году. Есть и другие данные, там цифры в разы выше.

Строительство АЭС Аккую – это прямые инвестиции России в Турции. Издание РБК в одной из своих статей писало, что общий объем инвестиций в проект Кремль оценивал в $22 млрд. Между тем, у турецких независимых источников цифры ниже на $12 млрд. В 15-ом и 16-ом годах (когда был кризис между Москвой и Анкарой) еще не было начато строительство электростанции, сейчас АЭС строится полным ходом. Реализация проекта снизит энергетическую независимость Турции.

С-400 — Турция купила за российский кредит. Цена вопроса $2,5 млрд. И нужно понимать, что покупка С-400 — была абсолютно политическим проектом.

Строительство «Турецкого потока», которое обошлось Газпрому — по словам самой компании — $6 млрд. Газ, который получает Турция по этому потоку, страна и раньше получала из России, через трубу в Болгарии (через Украину). Турция до сих пор потребляет 50% российского газа из всего полученного газа из других стран и по другим газопроводам.

В случае, если экономические отношения прекратятся, у России пострадают стратегические цели, а Турция потеряет прямой доход и возможность использовать «дружбу» с Россией в переговорах с различными сторонами коллективного Запада, как противовес или баланс для достижения собственных целей в регионе. На данный момент — это не выгодно ни России, ни Турции.

Резюмируя все вышесказанное, —

Вернемся к словам президента Турции Эрдогана о том, что Турция не намерена обострять отношения с Россией из-за ситуации в сирийском Идлибе: «Нам не нужно вступать в конфликт или серьезное противоречие с Россией на данном этапе».

Обе страны, Турция и Россия, находятся в противостоянии в двух конфликтах: в Сирии (Идлибская зона: Россия поддерживает Б.Асада, а Турция – оппозиционные к нему силы) и в Ливии (Турция поддерживает Сарраджа, а Россия – Хафтара).

У Турции есть амбиции — стать крупнейшим топливно-энергетическим хабом. Для достижения такой цели им на данном этапе необходимо поддерживать партнерские отношения с Россией для баланса отношений с коллективным Западом, у которого есть претензии к Турции.

Турция имеет заинтересованность во всех трех проектах:

• Южный газовый коридор: TANAP проходит по территории Турции, проект подразумевает под собой возможное дальнейшее подключение к нему новых игроков: Ирака, Ирана и Туркмении, что делает Турцию более влиятельной в регионе при продвижении интересов этих стран к подключению, а также более значимой для ЕС – конечного потребителя газа, который заинтересован в меньшей энергозависимости от России.
• Турецкий поток: проходит по территории Турции. Сама Турция получала тот же объем газа и без Турецкого потока (через Голубой поток и трубу в Болгарии (через Украину)). Вторая нитка Турецкого потока предназначается для газоснабжения стран Южной и Юго-Восточной Европы. На данный момент газ получает только Болгария, идет строительство газопровода в Сербию. В получении газа по данному потоку заинтересована южная часть Европы, что делает Турцию более значимой для ЕС.
• Спорный шельф Кипра (EastMed): участие Турции не предполагал. Предназначен для получения газа в страны Южной и Юго-Восточной Европы. Заблокировав разработку газа на спорном участке Турция добивается своего участия в проекте через международное признание Турецкой Республики Северного Кипра и подключения ее в данный проект. Для реализации своих планов Турция использует покупку и ввод в эксплуатацию С-400 у России (для «прикрытия» спорной зоны разработки) и вступление в ливийский конфликт на стороне Сарраджа (ПСН) взамен на подписание меморандума по морским зонам с Ливией, что не признается другими странами, но дает Турции формальный повод.

Газпром контролирует около 40% газового рынка Европы. Россия имеет заинтересованность в дальнейшем продвижении своего проекта «Турецкий поток», который преследовал несколько целей, таких как: заменить поставки российского газа в Юго-Восточную Европу через Украину поставками через Турцию и пустить российские экспортные поставки в Евросоюз по двум новым магистралям в обход нее. Для этого «Турецкий поток» и «Северный поток – 2» и сооружали одновременно.

Против обоих потоков США ввели санкции, что привело к остановке строительства «Северного потока-2» и может в дальнейшем значительно осложнить возможность «достройку» еще 2 нитей «Турецкого потока» в случае, если такие договоренности могут быть достигнуты с ЕС и Турцией.

Прямую конкуренцию Газпрому в этом регионе составляют два проекта:

• Южный газовый коридор, с возможностью подключения к нему Ирака, Ирана и Туркмении. Поэтому Россия заинтересована в том числе и в том, чтобы Иран как можно дольше находился под санкциями США по СВПД, т.н. «ядерной сделке» (одной из гарантов которой является Россия) и не имел такой возможности. Также Россия заинтересована в том, чтобы Ирак находился под влиянием Ирана и в противостоянии с США. Такие условия не позволят Ираку и Ирану подключиться к данном проекту.
• Возможный проект EastMed. При реализации данного проекта (с Турцией или без нее) потери Газпрома в поставках газа в страны ЕС могут составить до 10%.  России выгодно, чтобы данный проект был заблокирован или не реализован.

Также Россия крайне заинтересована в возможности добычи нефти в Сирии. Сирия находится под санкциями, в том числе и на поставки нефти в эту страну. Контролируя нефтяные месторождения курдов, американцы добиваются прямых переговоров курдов с сирийской властью об автономии сирийского Курдистана по примеру автономии иракского Курдистана. Сирия и Турция категорически против любой автономии курдов.

Турция может договориться с Россией и позволить ей разработку нефти в пользу Сирии (экономическая ситуация которой находится в критическом состоянии из-за нехватки нефтепродуктов), на территориях, близких к оппозиции. Тем самым это нарушит выстраиваемый сценарий Америки, при котором сирийские власти будут вынуждены рано или поздно выйти на прямые переговоры с курдами по той же причине.

Это может стать условием для длительного и стабильного перемирия в Идлибской зоне между Турцией и сирийской властью при поддержке Россией.

Обострение между сирийской властью (при поддержке России) и Турцией в Идлибской зоне деэскалации привело к назреванию миграционного кризиса, который каждая из сторон использовала для продвижения своих интересов. Основному давлению подвергается ЕС.

Вопрос возвращения беженцев каждая страна видит по-своему.

Турция – не заинтересована в нахождении беженцев на своей территории. Предложение Турции – создание в буферных зонах безопасности вдоль границы (25-30 км) на территории Сирии лагерей для беженцев, находящихся под контролем и защитой международных организаций, в которые будут перемещаться беженцы в том числе и с территории Турции.

Таким образом у Турции появляется еще один легитимный повод «тихой оккупации» территорий Сирии с возможностью контроля и своего влияния в таких создаваемых зонах, состоящих в основном из населения, настроенного оппозиционно по отношению к власти Б.Асада, при финансировании таких лагерей международными организациями.

Россия – категорически против создания таких не контролируемых ею лагерей беженцев и выступает за возвращение беженцев только на подконтрольную Б.Асаду территорию из Турции и стран ЕС, вплоть до принудительной. Подконтрольные беженцы России нужны для получения финансирования для их содержания без контроля международных организаций, в использовании беженцев в будущих выборах для сохранения власти Б.Асада (возможность легального физического присутствия в регионе ВС РФ; наличие военных баз; возможность экономического участия в Сирии в будущем на льготных условиях) и для лоббирования вопроса о снятии санкций с Сирии.

Создание миграционного кризиса.

Для Турции создание такого кризиса служит поводом лоббирования своих интересов и попыткой разрешения спорных вопросов с ЕС, перечень некоторых из них:

• Турция обвиняет Евросоюз в нарушении соглашений по беженцам. Она недовольна общей суммой финансовой помощи, которую обещал ЕС, и темпами ее предоставления (из €6 млрд выделенных денег выплачены пока только €3 млрд). Анкара заявляет, что потратила на содержание беженцев уже около 40 млрд. дол.

• Не выполнено смягчение визовых ограничений для турок при въезде в Шенгенскую зону;
• Турцию не приняли в таможенный союз;
• Приостановка переговоров о вступлении Турции в ЕС;
• Переговоры вокруг разработки спорных участков в Восточном Средиземноморье, вопрос с признанием Турецкой Республики Северного Кипра и подключением ее в такие разработки.
• Анкара не согласна с тем, что в ЕС ввели ограничения против Турции в связи с разведкой и буровыми работами в Восточном Средиземноморье.

Россия же использует тему создания миграционного кризиса с применением силовой составляющей по «захвату» территорий оппозиции в нескольких аспектах:

• с попыткой «завернуть» беженцев на территории, подконтрольные Б.Асаду,
•  с попыткой вынудить Европу пойти на уступки по возвращению беженцев обратно в Сирию до реализации резолюции 2254 ООН по разрешению гражданского конфликта в Сирии.

В ЕС пока твердо дают понять, что без реализации политической части резолюции 2254 ООН (работа конституционного комитета, написание новой конституции, выборы по новой конституции) условий для возвращения беженцев на территорию Сирии – нет. Сирийская же сторона, представляющая Б.Асада при поддержке России заблокировала на данный момент работу конституционного комитета по написанию новой конституции. Т.е. вопрос политического урегулирования в Сирии поставлен на паузу.

Также нужно отметить, что экономические интересы Турции и России тесно переплетены.

Из основных приоритетов сторон: для Турции крайне важно строительство и ввод в эксплуатацию АЭС Аккую, для России – реклама и продвижение ее ВПК в регионе.

Из всего вышеизложенного видно, что Турция не только пытается стать крупнейшим топливно-энергетическим хабом, но также пытается занять место регионального лидера, выстраивая сложную конструкцию балансов и противовесов с основными игроками коллективного Запада, странами региона и Россией, тем самым являясь конкурентом России и ослабляя ее позицию и ее влияние в регионе.

Россия действительно играет важную роль для Турции. Еще раз вернемся к словам президента Турции Эрдогана о том, что Турция не намерена обострять отношения с Россией из-за ситуации в сирийском Идлибе: «Нам не нужно вступать в конфликт или серьезное противоречие с Россией на данном этапе».

В результате реализации Турецкого потока и Трансанатолийского газопровода (TANAP), а также блокирования проекта EastMed и вступления Турции в Ливийский конфликт, растет влияние Турции в первую очередь на ЕС. Анкара к тому же шантажирует ЕС несколькими миллионами сирийских беженцев.

В таком продвижении своих интересов и повышении влияния Турции как в региональном пространстве, так и на страны ЕС, Россия фактически становится инструментом в руках Анкары. И вступать «в серьезное противостояние с Россией» Турции действительно еще не время.

Также стоит отметить и такую деталь. Как обозначалось уже ранее между Вашингтоном и Европой возникли определенные противоречия по ряду вопросов, в том числе и по вопросу сближения России и ЕС, и по поддержке «евтротройкой» Ирана в СВПД и т.д. Американская сторона в данном случае достаточно дистанцировалась от помощи в решении вопросов, связанных с активным конкурирующим поведением Турции и России в региональном пространстве (впрочем, не теряя контроля над ситуацией), чем оказывает дополнительное давление на ЕС, которая справится самостоятельно в возникшими проблемами пока не может, тем самым решая собственные проблемы во взаимоотношениях с Европой и в продвижении своих интересов.